ЕВРОПЕЙСКИЙ СОВЕТ по СЕЛАМ и МАЛЫМ ГОРОДАМ
РОССИЙСКИЙ КОМИТЕТ по СЕЛАМ и МАЛЫМ ГОРОДАМ - ЕКОВАСТ
European Council for the village and small town ECOVAST
Russian Committee for the village and small town-ECOVAST
 

 

Проекты и предложения

   

Новости ЕКОВАСТ

Письмо № 2 от 30 сентября 2007 г.

Министру культуры и массовых коммуникаций
А.С. Соколову

О катастрофическом состоянии
памятников-реликтов древнерусского деревянного зодчества

Уважаемый Александр Сергеевич!

Файл, который содержит это письмо-обращение к Вам, назван мною «Крик о памятниках». Текст письма немал, поэтому для удобства прочтения разделен на две части. Сначала считаю необходимым ознакомить Вас со сложившей ныне неправедной, а оттого и недопустимой практикой реставрации памятников древнерусского деревянного зодчества. А затем информировать о катастрофическом — вот-вот рухнут! — состоянии памятников-реликтов, веруя в Ваше активное вмешательство в дело их реального спасения.

1.
В истории и культуре каждого народа, как известно, есть особые, коренные, вехи-памятники, которые наглядно и образно отражают его самобытность и даже судьбу. В России к таковым относятся памятники древнерусского деревянного зодчества. Именно они, начиная с XIX века, претерпели наибольшие искажения и перестройки, вызванные активной к ним неприязнью казенного духовенства, именовавшего их «раскольничьими», «приличиям не подлежащими», «в подлом вкусе», «топорной работы». Те времена прошли. Мудрой красотой древнерусского деревянного зодчества, нашим бревенчатым Иерусалимом, уже давно восхищается весь мир. Да и в музеях под открытым небом, коих немало в России, нет ни одного храма, сохранившего свои былые «благолепные обновления» XIX века.
Однако воинствующее неприятие святоотеческих образов деревянного зодчества продолжается и поныне. Оно результативно присутствует в действиях лицемеров, причастных к делу их сохранения, кои внутренне не расположены к признанию величия и самобытности древнерусской, глубоко христианской архитектуры. Куда проще и яснее для их примитивно-материалистического мировоззрения считать русский народ «лапотным», «квасным», не имеющим корневой культуры! Древнерусские деревянные памятники для них — как кость в горле. Согласно их соображениям, культура в России начала формироваться лишь со времени петровской «европеизации» и в прямой от нее зависимости, «будто и весь род русский наседка под крапивой недавно высидела» (Н. Лесков). Насколько это примитивно и вовсе не так, эти «радетели» и сами понимают. Оттого и действуют преимущественно исподтишка, аккуратно собирая вокруг себя или лиц, далеких от понимания основ русской жизни, или просто продажных, или своих же единомышленников, для коих разрушение нашей древней культуры — лишь подтверждение их взглядов на Россию. В любом случае их деятельность можно охарактеризовать как «беспринципность, возведенную в принцип» (А.В. Ополовников).
К сообществу подобного рода «принципиалов» я бы смело отнесла Методический совет по памятникам деревянного зодчества, действующий при Министерстве культуры РФ. Его неизбывными идеологами уже давно являются академик архитектуры В.П. Орфинский и кандидат искусствоведения М.И. Мильчик. Именно они, будучи «активистами слова» и постоянными конференциалами, дезориентируют реставраторов-практиков, направляя их по демагогическому и разрушительному пути, который формулируется так: «достойно внимания всё, что оставила нам история». В таком случае — да простит меня Бог! — и кинобудки, и сортиры, и дискотеки, бывшие в наших храмах, имеют право на существование как памятники своей эпохи, к тому же — весьма «оригинальные». Логично? Эти деятели, разумеется, не столь прямолинейны. Но они активно отстаивают и насаждают все те искажения и перестройки древнерусских бревенчатых памятников, каковыми славен XIX век и каковые привели в конечном итоге к утрате нашим народом чувства красоты и меры, что были всегда ему свойственны не только в архитектуре, но и в жизни.
Эти же новоявленные «методисты» беззастенчиво утверждают, что у нас нет «методики реставрации памятников деревянного зодчества». Как это — «нет»?! А огромные, признанные всем мировым историко-реставрационным сообществом труды А.В. Ополовникова (1911—1994), ученого-подвижника, доктора архитектуры (1976), заслуженного архитектора РСФСР (1986), лауреата Государственной премии СССР (1991, последней), почетного академика Российской академии архитектуры (1994), выходит, не в счет? О них они предпочитают умалчивать, потопляя их непреходящую ценность в мертвящей паутине собственных недальновидных соображений. Вместе с тем фактически все выдающиеся памятники древнерусского деревянного зодчества, в том числе и те, что стоят ныне в музеях под открытым небом, были отреставрированы по методике А.В. Ополовникова. Отца и раньше «критиковали» и чинили ему бессчетные препятствия в работе. Но — «хорошо, что Ополовников был смелым и сильным» (еще в 1970-е гг. писали о нем в журнале «Юность» молодые стройотрядовцы). Все свои звания (за исключением доктора архитектуры) он получил уже на склоне лет, будучи больным человеком.
Многоголосая катавасия началась после болезни отца, когда он перенес два инсульта (1978 г.). Полуправда и прямая ложь превратились прямо-таки в инфекцию. Неприятели древнерусской культуры настолько разухабились, что хотели даже вновь обшить досками Преображенскую церковь в Кижах, архитектурное величие которой вместе со всем ансамблем Ополовников воскресил в 1950-е гг., совершив настоящий подвиг (по официальному общественному признанию). Не удалось. Пошли другим путем. И вдали от многолюдья стали восстанавливать архитектурного мутанта, который фактически во всех изданиях по памятникам древнерусского деревянного зодчества (И. Грабарь, В. Суслов, И. Билибин, А. Некрасов, А. Ополовников и др.) трактуется как предельно уродливое создание конца XIX века. Речь идет о колокольне в селе Нёнокса Архангельской области. Мало того, что ее выкрасили в яркожелтый цвет, но еще и нарисовали по периметру двух ее ярусов черные окна с белыми как бы рамами.
На это действо, осуществленное «изобретателем топора» (газетный заголовок) А.В. Поповым и его сослуживцем инженером В.С. Раввиным, выделялись огромные средства. Когда же стали по-настоящему реставрировать стоящий рядом шатровый Никольский храм, освобождая его от «благолепных обновлений», деньги стали давать с перерывами и куда меньшие. Но и эту вдохновенную работу ухитрились изуродовать вопреки первоначальному проекту архитектора В. Коловатой, покрасив паперть храма в тот же яркожелтый цвет, в каковой выкрашена колокольня. Намереваются и пятиярусный храм в Нёноксе, ныне реставрируемый, обшить досками. «Продавливают» архитектора В. Коловатую всеми силами, и она, выступая в Методсовете одна, вынуждена подчиняться его решениям. В результате древний уникальный ансамбль в Нёноксе — единственный и неповторимый в своем шатровом многообразии, чудом сохранившийся, утрачивает традиционный архитектурный образ, благодатно притягательный, повествующий о величии русской культуры, и приобретает взамен «веселенький» полубалаганный вид.

Известно, что окружающий, видимый мир формирует сознание человека не менее активно, чем события жизни. Ориентируясь на насаждаемую повсеместно безвкусицу и архитектурную тарабарщину, в северорусских деревнях все чаще появляются пестроцветные дома-«попугайчики» (по образному выражению жительницы с. Лядины на Каргополье, местного депутата Л.Б. Викуловой). Таковы и «архитектурные образы» немалого числа вновь выстроенных церквей и часовен на Русском Севере неведомого рода-племени. Впрочем, даже в Москве они проросли. Силу страшной разрушительной работы бесконечного словоблудия можно воочию увидеть в Кижах. Паутина пустопорожних словес здесь материализовалась в образе многотонного железного каркаса-паука, вот уже более четверти века (с 1982 г.) впивающегося в тело памятника-реликта — 22-главой Преображенской церкви. Распятый храм Древней Руси… Но как бы там ни было, нет сомнения в том, что Преображенская церковь окончательно не погибнет: ведь весь ансамбль Кижского погоста (2 церкви, колокольня и ограда) внесен в список памятников, особо охраняемых ЮНЕСКО.

2.
Куда большую тревогу вызывает состояние уникальных древних памятников деревянного зодчества, стоящих на своих исконных местах. Посмотрели бы Вы на них, уважаемый Александр Сергеевич! Наши архитектурные шедевры, которым нет в мире аналогов и которыми восхищается весь мир, как старики-инвалиды, брошенные детьми-хамами, стоят согбенные и продырявленные, еле-еле дыша. Если их не поддержать, закрыв хотя бы протечки и элементарно укрепив, то они через год погибнут, как погибло в последнее время немалое число бесценных бревенчатых шедевров. И если в Карелии древние памятники просто искажаются (в Кондопоге, Варзуге, Кеми…), в том числе и служителями Русской Церкви, то в Архангельской области они вообще заброшены и полуразрушены, «всеми плюнутые» (В. Розанов). Вот далеко не полный перечень сел с гибнущими памятниками:
1 Архангелы — км 60 от Каргополя по дороге на Конёво—Плесецк;
2. Бережная Дуброва — на левом берегу р. Онеги близ с. Конёво, км 90 от Плесецка;
3. Большая Шалга — 10 км от Каргополя по дороге на Няндому;
4. Заостровье — км 20 от Архангельска по дороге на Северодвинск;
5. Зачачье — км 220 от Архангельска по Московской трассе;
6. Красная Ляга — км 25 от Каргополя, поворот от с. Печниково;
7. Михалёво — на левом берегу Северной Двины, км 300 от Архангельска на Москву + км 60 после поворота на Котлас и райцентр Красноборск;
8. Пермогорье — на левом берегу Северной Двины, км 400 от Архангельска на Москву, затем — поворот на Котлас, не доезжая Красноборска км 20;
9. Пияла — на правом берегу. Онеги, км 130 от г. Онеги по дороге на Плесецк;
10. Поле — км 100 от г. Онеги по дороге на Плесецк + км 10 на восток от с. Бол. Бор;
11. Порженское — км 15 лесной дороги от с. Вершинино, Кенозерский национ. парк;
12. Турчасово — на левом берегу Онеги, км 150 от г. Онеги по дороге на Плесецк;
13. Ратонаволок — км 200 от Архангельска на Москву, не доезжая км 10 с. Зачачье;
14. Подпорожье — на левом берегу. Онеги, км 10 от г. Онеги;
15. Чухчерьма — на правом берегу Северной Двины, км 100 от Архангельска.


Добавим еще три памятника: в сс. Нелазское близ Череповца и Палтога близ Вытегры Вологодской области, а также в Ивановской области, на знаменитой горе Левитана в г. Плёсе на Волге. Итого — всего лишь 18 памятников. Но сколь драгоценных! Неужели летом 2008 г. их нельзя хотя бы чуть-чуть поддержать-подремонтировать, спасая от верной гибели?

Очень просила бы Вас, уважаемый Александр Сергеевич, о следующем:
— Принять меня в любое удобное для Вас время (возможно, с президентом Российского Фонда культуры Н.С. Михалковым), чтобы я лично показала Вам фотографии (август 2007 г.) перечисленных выше реликтов. Время не ждет, их надо срочно спасать!
— Включить меня в состав Научно-методического совета как специалиста по древнерусскому деревянному зодчеству (тем более что я работала в таковом еще в 1978—79 гг. при Министерстве культуры СССР). Состояние наших деревянных реликтов я знаю, поверьте, лучше кого-либо, к тому же — верный продолжатель дела ученого-подвижника А.В. Ополовникова, основоположника утвержденной и общепринятой методики реставрации памятников древнерусского деревянного зодчества.

С уважением и верой,

Е.А. Ополовникова,
заслуженный работник культуры РФ,
профессор Международной академии архитектуры (Москва),
член Бюро и председатель Комитета по деревянному зодчеству
Российского отделения Международного Совета ICOMOS,
действительный член Академии Северного Форума,
кандидат архитектуры,
главный архитектор фирмы «ОПОЛО».

 

 

НовостиСектор РИК  Проекты и предложения Малые города и сёла. Поездки. Фотографии О работе Российского ЕКОВАСТ Выставка художественных
работ
Издания ЕКОВАСТ  Сотрудники